Сайт студенческого сообщества ЕГУ

Руководитель Belarusian Dream Theatre: делайте что-нибудь

© DELFI (V.Kopūsto nuotr.)

© DELFI (V.Kopūsto nuotr.)

Актер и руководитель проекта Belarusian Dream Theater Брендан МакКолл в разговоре с DELFI о Беларуси и белорусских реалиях отметил, что современная Беларусь ему напомнила возврат в советскую эпоху с его вездесущим КГБ. Он считает, что это автократическая страна, где нарушаются права и свободы человека, где царит цензура, а люди не могут спокойно заниматься своим делом, не опасаясь преследований.

Инициативой проекта Belarusian Dream Theatre руководит Брендан МакКолл, художественный руководитель театра Ensemble Free Theater Norway. Он работает в Норвегии и США. В проекте же принимают участие студенты Европейского гуманитарного университета. 25 марта, когда белорусский День Воли отмечали в Вильнюсе (его официально в Беларуси не празднуют), студенты присоединились к профессиональным и любительским театральным труппам по всему миру для исполнения коротких пьес о Беларуси в честь Дня независимости Беларуси. Инициатива проекта Belarusian Dream Theatre направлена на повышение известности и пробуждение интереса к Беларуси у международной публики, журналистов и артистов.  Короткие пьесы о Беларуси будут одновременно исполнены в Австралии, Беларуси, Канаде, Дании, Грузии, Германии, Венгрии, Италии, Литве, Норвегии, Польше, Украине и США. DELFI встретился и поговорил с Бренданом МакКоллом о его проекте, взгляде на Беларусь и украинские события и их роли.

- Вы работаете с проектом Belarusian Dream Theatre. Как вы видите и представляете себе Беларусь?

- Это очень сложный вопрос. Часть моего восприятия - на личном уровне, я был в Беларуси, работал со белорусским «Свободным театром» и другими людьми. Я думаю, что условия в Беларуси для свободы слова и условия цензуры сильно отличаются от того, что я видел в США или Скандинавии, там, где я нахожусь сейчас. Также, я думаю, что дело в образовании.

К сожалению, многие люди в США и Скандинавии даже не знают, где Беларусь находится. И когда журналисты говорят об этом, то это общие фразы плана «последняя диктатура Европы» и все. Дискуссии о ее религиозной, образовательной, культурной жизни не идет. И есть только белорусский «Свободный театр», никто другой. Они даже больше там не живут, а живут последние три года в Британии в изгнании. Так что есть своего рода странное практически выдуманное понимание того, что происходит в стране.

Я не политик и этому рад, но я думаю, что каждый театр, его выступления это своего рода небольшая демократия. Потому что люди собираются по своей воле, слушают, чем другие люди делятся, свободно говорят. И если это в любом случае ограничено, то это обязанность что-то делать, равно как и привилегия. Я думаю, что чем больше у нас будет фестивалей, тем больше это поможет людям быть информированными о Беларуси, поскольку кажется, что есть усталость от чтения депрессивных новостей. Будь то Сирия или Украина, или малазийский лайнер — они просто не хотят слышать об этом. Но иногда посредством историй можно подойти ближе на персональном уровне, стать лично вовлеченным, что, наверное, может активизировать больше интереса, вызвать конструктивный и креативный отклик на происходящее в Беларуси.

- Как вы понимаете, ситуация странная. К примеру, ваш проект — вы работаете с белорусами, которые не живут в Беларуси. И белорусский «Свободный театр» работает не в Беларуси. Люди получают западное образование вне Беларуси. Есть ли у всего этого связь с тем, что происходит в внутри страны?

- Я не думаю, что могу ответить на это как полный авторитет. Не думаю, что кто-либо сможет. Когда я разговаривал с этими белорусскими студентами в Европейском гуманитарном университете, сначала некоторые из них чувствовали, что эти пьесы не артикулируют апатии белорусов. Я думаю, что это не общая картина всей страны, что там ничего не происходит, только апатия. И я полагаю, что если даже это и правда, я бы хотел попытаться что-то сделать, вместо того, чтобы просто быть частью этой безымянной массы, ничего не делая и говоря: «Свободный театр» в Британии, студенты — в Вильнюсе, ничего не поделать, есть более важные вещи». Это слишком просто так воспринимать, и это печально. У нас есть несколько пьес, которые мы играли на театральных фестивалях, написанных белорусскими авторами, с нами работает белорусский театр, есть внимание медиа. Мне кажется, по крайней мере в дискуссии, беседе что-то есть, и это шаг вперед. (…) Главная цель проекта, вне зависимости от игры, это генерирование дискуссии (о Беларуси), особенно если люди раньше о ней не знали.

- Не могли бы вы вкратце ознакомить со своим проектом?

- Belorussian Dream Theater – это собрание из 25 пьес, написанных авторами из Беларуси, Австрии, Германии, Британии, США, Австралии и Новой Зеландии в поддержку свободы самовыражения и против цензуры. 25 марта эти пьесы будут одновременно показывать в Северной Америке, Европе и Австралии.

- Вы строите белорусскую мечту?

- Да, это было вдохновлено документальным фильмом под таким же названием. Надеюсь, что наступят времена, когда такого рода фестивали не будут необходимы для обсуждения цензуры и нарушения свобод человека в любой стране. И когда государство начинает контролировать, люди здесь думают, через творчество, искусство создают иную реальность. Это просто способ продвигать, поддерживать это и, возможно, вдохновить других делать то же самое. Да, это правда, что студенты, которые сейчас есть в университете, не живут сейчас с Беларуси, но некоторые из них планируют туда вернуться и, когда это произойдет, у них, возможно, будут идеи, как может быть лучше посредством такого рода фестивалей. По-крайней мере, ты что-то делаешь, творишь новое и конструктивное, а не просто сидишь и думаешь, что ничего не поделать и давайте просто выпьем, стараясь не замечать реальности.

- Вы были в Беларуси, видели, как она выглядит к ваших глазах, ведь она отличается от той же Норвегии, где вы работаете или даже от соседней Литвы?

- Безусловно. Я был в Минске, но я знаю, что жизнь в столице и деревне различается. По моему опыту, это было как путешествие в машине времени в советскую страну. Это странно иметь постоянное присутствие КГБ. Там странный уровень услуг любого типа в контрасте с яркими лаундж-барами, клубами. Кажется, что деньги направлены на эти странные места, вместо основных социальных услуг. Люди, которых я встретил там в первую очередь через «Свободный театр», чувствовали своеобразное отчаяние, разочарование и злость в связи с условиями жизни в своей стране. Я помню, что постоянно извинялись за Беларусь, что, я думал, очень печально. Но несмотря на все это, они остаются членами одной компании, они теряли работу, дома, их арестовывали, ограничивали их в возможностях. Мне кажется, что это высший уровень обязанности занятия театром, чем у кого-либо в Норвегии или США. Нас не арестовывают за то, что мы ставим пьесу. И это кажется схожим опытом для людей в Беларуси и нужно много смелости, чтобы продолжать жить в этом окружении. Я думаю, это редкость и должно быть признано и многие люди просто этого не представляют себе. Это просто бывшая советская страна и Восточная Европа, они просто реально не представяют себе, где она есть, видят ее как какой-то регион России.

- В Беларуси есть и люди, кто доволен ситуацией. Даже в Литве некоторые полагают, что там все правильно и иметь для страны Лукашенко — это очень хорошо...

- Абсолютно верно.

- Как бы описали эти две тотально различающихся точки зрения?

- Очень интересно, что вы об этом говорите. Есть и такое предположение, что все население Беларуси в своих гостиных постоянно планируют демонстрации против правительства. Это неправда, есть сторонники Лукашенко и такого устройства государства. Некоторые студенты, которые там не живут, распространяют такой взгляд, что все против правительства и хотят сбросить режим. Все не такое черно-белое, есть много нюансов. Это более демократический подход к стране — кому-то нравится правительство, кому-то нет. Если бы каждый был таким уж противником руководства в Беларуси было бы другое правительство.

- Как-то, выступая в ЕГУ, журналист Сева Новгородцев сказал студентам, что диктатура делает интеллектуальный процесс делом романтическим. Вы согласны с этим?

- Это напоминает мне фильм «Третий человек» с Орсоном Уэлсом, где есть известная дискуссия — посмотрите на Средние века с их болезнями, войнами, коррупцией, но в то же время творил Да Винчи, был ренессанс. Но если ты смотришь на Швейцарию, там тысячу лет происходит процветание и делают часы с кукушкой. Во времена экономической стабильности кажется, что искусство не так расцветает, поскольку нет в этом надобности, не нужно ничего придумывать, тебе удобно. И кажется, что когда есть немного борьбы искусство появляется. И вопрос о диктатуре... Демократия это беспорядок, это трудно и, я думаю, некоторые люди предпочитвают авторитарное управление — я не хочу обсуждать, просто скажите мне, что делать. Когда я был в Санкт-Петербурге лет 15 назад, мне говорили, как было бы хорошо, чтобы у нас был царь, царская семья, которая просто бы нам говорила, что делать, управляла всем. И может быть Владимир Путин стал такой фигурой. Это удивляет меня, потому что я вырос в демократическом окружении. Я даже не могу представить, что таким образом можно эффективно руководитью. Я живу в странах, где идут бесконечные дискуссии обо всем. Иногда это абсурд, но, возможно, между тем может быть баланс — между эффективностью и тем, чтобы иметь больше людских голосов, мнений и взглядов, узнавать и уважать их. Проблема автократических обществ — это когда ты должен посадить человека в тюрьму, чтобы он был согласен.

- Что вы думаете о ситуации с белорусским языком?

- Мне очень интересно, что будет в ближайшие 20 лет, поскольку язык начинает исчезать. Это напоминает мне о гэльском языке в Ирландии.

- Язык становится элементом сопротивления...

- Да. Каковы бы ни были преимущества или недостатки этого языка, кажется, что люди с желанием уступают свой язык. Может быть это легче, но я не знаю для кого это легче, может быть тем, кто вокруг них. Но я думаю, что это жизненно важный элемент должен сохраниться, чтобы иметь связь со своей историей, родным языком. Я надеюсь, что этого не произойдет и язык не уйдет. Мы надеемся опубликовать эти пьесы на двух языках.

Визуальное искусство также интересный аспект культуры, я бы хотел побольше об этом узнать, в дополнение к театру. Я думаю, что все указывает на возможность культурной деятельности, а не только развлечения. Лет 15 назад культура была больше связана с политикой, обществом, как способ активизировать их жизнь после того, как пьеса готова. Сейчас этим остается музыка.

- Белорусские активисты, демократы видят свою страну частью Европы, западного мира. Но для этого нужно полностью изменить восприятие реальности в этой стране у многих людей. И мы видим, как это болезненно происходит на Украине. Как вы видите такую перемену? Как события на Украине отражаются на Беларуси?

Эти просто удивительно, что происходит в Крыму, между Россией, Европой и США, потому что все эти страны не вели дикуссии раньше. Внимание было сфокусировано на демонстрациях в Киеве. Все быстро развивалось. Если Россия может так просто взять страну, то что это значит для всего континента? И беседы такого рода я чаще всего имел здесь в Литве или по почте в Украине. Люди в Скандинавии сейчас этим не обеспокоены. Начало ли это холодной войны — я не знаю.

Что в этой связи произойдет с Беларусью, интересно, поскольку Лукашенко всегда играл за обеими сторонами стола. Складывается ощущение, что он служит двум хозяевам, и я не знаю, как долго можно вести такую игру. В конце концов это должно закончится. Что касается становления Беларуси частью Европы, я согласен, что это будет болезненный процесс и это не произойдет за неделю или год. Многие студенты здесь полагают, что США это страна без проблем, что не правда. Но как изменить восприятие в стране того, чем Запад является, и чем нет — это один из решающих факторов, поскольку сейчас Европа воспринимается как декаданс, где экономический спад, коррупция, безработица. Или же для белорусов она кажется недостижимой утопией. И понять, что все не настолько черно-белое было бы главным.

Белорусская реальность заставляет нас оглянуться на нее, Беларусь же определенным образом рисует Западную Европу. Не знаю, как воодушевить людей видеть больше правды. Два студента как-то говорили друг с другом. Один говорил, что хочет вернуться в Беларусь, поскольку там проще найти работу и т. д. Другой хотел поехать учиться во Франции. Один не понимал другого. И они спросили меня. Что я мог ответить? У каждой страны есть проблемы, Франция или Британия не идеальны, ты просто должен выбрать проблемы, с которыми хочешь иметь ежедневное отношения. Беларусь, возможно, хороша для другого студента — там можно найти работу, но в то же время там есть КГБ, проблемы со свободой слова и т.д. Во Франции высокие цены, возможно, ты не будешь иметь такой же возможности, как французы найти хорошую работу, но там хорошие университеты. С какой из этих проблем ты хочешь иметь отношения?

- Какое главное послание у Belorusian dream theater?

- Делать что-то. Не сидите на месте и не сдавайтесь, делайте что-нибудь, создавайте.

Источник: DELFI

КОММЕНТИРОВАТЬ ЧЕРЕЗ ФЕЙСБУК

Premium Drupal Themes by Adaptivethemes